Бабушку обязали отдать внука в детдом за «неправильную» сдачу квартиры — МК

Аватар

Дом

loading...

Ира Царица оспаривает это решение

Четыре года двоюродная бабушка Ира Царица опекала внучатого 6-летнего племянника Диму (имя изменено). Ребенок оказался на ее попечении, когда отец малыша попал в кутузку за убийство, а мама непробудно пила, была лишена родительских прав и за компанию наркопритона попала в колонию.

В октябре Нагатинский районный трибунал столицы обязал Иру Леонидовну передать мальчугана в детдом. Представители управления соцзащиты считают, что опекун из алчных побуждений нарушила имущественные права малыша. Пенсионерка, заслуженный доктор, которая 40 лет проработала дантистом, сдала в аренду по заниженной стоимости квартиру, которая была оформлена на Диму. Из приобретенных средств она оплачивала за нее же коммунальные услуги, а другие средства перечисляла на счет малыша. Но выяснилось, что Дима, как сирота, имеет льготы и не должен платить за ЖКУ. Опекун о этом не знала.

О том, как она была лишена статуса опекуна и чуть не попала под уголовное преследование, когда не передала Диму в детский дом и отправилась с мальчуганом на море, Ира Царица поведала «МК».

— Дима — отпрыск моего племянника, внук моей покойной сестры. Я мальчугану двоюродная бабушка, — ведает Ира Леонидовна. — Племянника Антона посадили за бытовое убийство на 9 лет, когда Диме было всего 4 месяца. С супругой Катей у их составе не был зарегистрирован брак, но племянник признал свое отцовство. После того как он оказался за сеткой, малыша помогала воспитывать Катина мать. Когда она погибла, Катя отвезла отпрыска к бабушке, которой было 80 лет. Но позже и ее не сделалось.

В декабре 2015 года проходящий мимо полицейский узнал мальчугана сидячим нагишом на подоконнике открытого настежь окна, в то время как его мать распивала спиртные напитки. Так вышло, что Ира Леонидовна оказалась единственным близким человеком, способным позаботиться о ребенке.

— Мальчугану тогда было чуток больше 2-ух лет. Диму передали мне на месяц и запамятовали о нем. Я взяла от мамы малыша доверенность и воспитывала мальчугана, пока в июле 2017 года не установили опеку, и я стала легитимным представителем Димы, — ведает пенсионерка.

— Что сделалось с его матерью?

— Катя была наркозависимой, когда у нее погибла мама, она совершенно съехала с катушек. У нее был условный срок, но она не делала условия по ограничению свободы. В итоге в 2017 году ее посадили за компанию наркопритона. В квартире, где они жили, были стршные условия. К счастью, малыш там пробыл недолго, около 3-х месяцев.

Видя, что Катя катится по наклонной, Ира Леонидовна уверила даму переоформить квартиру на отпрыска Диму. Пенсионерка считала, что с Катей в какой угодно момент могло случиться все что угодно. Она эту квартиру могла просто пропить либо подарить жилище кому-нибудь из собутыльников.

— Трудно было управляться с мальчуганом?

— Тяжело. Детки у меня выросли, внуки тоже уже взрослые. Я расслабилась, жила в свое наслаждение. А здесь на руках оказался малыш. Мне привезли его в декабре, перед самым Новеньким годом. Он был как Маугли. У него не было ничего — ни одежды, ни игрушек. 7 января, на Рождество, в доме собрались родные, поглядели на Димку и произнесли: «Ну как его можно отдать в детский дом? Он ведь нам не чужой!» А у меня, честно говоря, были сомнения, я задумывалась: а вдруг не справлюсь? Равномерно мы привыкли друг к другу. Дима стал ходить в детский сад. У него там возникли друзья. На данный момент я вожу его в музыкальный кружок, где он обучается играться на синтезаторе. Также он посещает занятия по ритмике и рисованию. Я ему много читаю, стараюсь его развивать, чтоб он не повторил судьбу собственных родителей.

— Как он вас именует?

— Илика. Такое вот выдумал мне новое прекрасное имя, когда «р» не выговаривал. Та старая бабушка, с которой он некое время жил, была «бабой», а я стала Иликой. Когда Диме в детском саду сказали: вон за тобой бабушка пришла, он откликался: «Это не бабушка, а Илика». Так меня и в детском саду стали звать.

— Когда начались трудности с опекой?

— Я возмущалась, когда требовалось сдавать отчеты. Сказала: ну какой в их составе смысл? Индексации нет, а инфляция идет…  

Позже у нас появился новейший конфликт. Опека настаивала на том, чтоб выписать из квартиры Катю, маму Димы. Сказали, она, дескать, мальчугану ни один человек, лишена родительских прав. Я была легитимным представителем Димы, произнесла, что не буду Катю выписывать из квартиры, ведь она там была прописана с самого рождения. Освободится из колонии, где ей жить? Она все-таки является био мамой Димы. Решила: пусть, когда вырастет, он сам решает, выписывать мама из квартиры либо нет. После всех моих возражений меня стали преследовать.

Квартира, где жили предки Димы, по словам Иры Леонидовны, была в страшном состоянии. Там был реальный притон. Пенсионерка сделала в ней косметический ремонт и решила сдать одну из комнат далеким родственникам, семье с детками.

— Смежная двухкомнатная квартира была на первом этаже, ранее там был проходной двор, мне жутко было оставлять ее без присмотра. Могли ведь и дверь вышибить, и окно выставить. И я решила сдать ее поначалу на безвозмездной базе, а позже за 6 тыс. рублей Катиным родственникам, — сообщает Ира Леонидовна. — Глава семьи был наполовину узбек, наполовину украинец. Он приходился Кате троюродным братом по украинским корням. Его супругу звали Надира. Я желала, чтоб они присматривали за квартирой, и решила, что из арендной платы буду оплачивать коммунальные услуги.

Равномерно, по словам Иры Царицой, они сдружились с данной семьей. У квартирантов было трое малышей. Их мать, Надира, другой раз помогала пенсионерке с мальчуганом. Забирала Диму из детского сада, посиживала с ребенком, когда ей необходимо было сходить в больницу.

— Это весьма хорошая, приличная дама, при этом в опеку я принесла на нее красивую характеристику. Позже был какой-то рейд, и представители опеки написали, что я передала мальчугана на воспитание данной даме, неясно, дескать, кому, каким-то выходцам из Средней Азии.

— Откуда они приехали?

— Из Узбекистана. Это весьма образованные люди. Старший отпрыск у их составе закончил в этом году московскую школу с серебряной медалью. Поступил у себя на родине в летное училище. Все ребята у их составе отличники. Они обучили Димку гонять на велике, а средний их отпрыск стал для Димы наилучшим другом.

В пресс-службе Департамента труда и социальной защиты населения городка Москвы меж тем сказали, что 30 октября 2017 года спецы проводили обследование квартиры, которая принадлежала Диме, и узнали, что в ней проживают по договору безвозмездного использования и временно зарегистрированы посторонние зарубежные граждане, приезжие из Узбекистана.

«Иру Царицу предупредили о том, что несогласование с опекой факта сдачи имущества мальчугана и отсутствие перечислений средств с дохода от сдачи квартиры на его счет являются нарушением закона, — растолковали в пресс-службе. — Также в ходе профилактической беседы ей были даны объяснения по вопросам корректного дизайна документов».

Сотрудники опеки 6 раз предупреждали опекуна о недопустимости нарушения имущественных прав малыша и просили их убрать (требования в актах обследований, письменные извещения)».

Средства, приобретенные от аренды, за исключением оплаты «коммуналки», Ира Леонидовна перечисляла на банковский счет Димы. Но выяснилось, что мальчишка как сирота был освобожден от уплаты ЖКУ и средства за коммунальные услуги должны были поступать на его счет.

— Я этого не знала. И мне ни один человек о этом не произнес, — сообщает, в свою очередь, Ира Леонидовна. — Дело в том, что Диме хоть и принадлежала квартира на улице Москворечье, которую ему подарила мама, сам он зарегистрирован был по другому адресу. Мальчишка  был прописан у отца, в доме на Пролетарском проспекте, это наша древняя домашняя квартира, где и я имею в принадлежности половину квартиры. Я прогуливалась в МФЦ, и там мне произнесли, что льготы Диме как сироте положены лишь по месту прописки. 

27 марта 2019 года состоялся обсуждение ГБУ «Центр «Детство», на котором по запросу отдела социальной защиты населения района Царицыно рассматривалась ситуация в приемной семье Иры Царицой. Было сказано, что пенсионерка скрыла от профессионалов органов опеки и попечительства, что у малыша есть в принадлежности на основании контракта дарения от 07.07.2017 г. двухкомнатная квартира. Опекун долгое время ее сдает в использование сторонним гражданам без разрешения опеки.

После проверки отчета за 2018 год было установлено, что обозначенная в договоре аренды каждый месяц сумма в размере 6 тыс. рублей на счет малыша поступает отчасти. Сумма задолженности составила 45 тыс. рублей. Было отмечено, что стоимость аренды была значительно ниже рыночной, что также нарушало имущественные права несовершеннолетнего. В итоге члены консилиума посчитали вероятным отстранить Иру Царицу от выполнения обязательств опекуна.

— Произнесли, что я сдала квартиру, не согласовав контракт аренды с опекой. Чтоб ее сдать, нужно было собрать кучу документов. Когда я собрала все нужные бумаги, они мне отказали, — сообщает пенсионерка.

Спецы соцзащиты, в свою очередь, рассказывают, что Ира Царица подразумевала сдавать в аренду комнату, которая является запроходной (изолированной, куда можно попасть через смежную комнату) в двухкомнатной квартире, а предполагаемые наниматели будут воспользоваться всем жилым помещением, что усугубит состояние имущества несовершеннолетнего малыша.  

— Мне указали, что в ЦИАН, к примеру, аренда «двушки» — от 25 до 35 тыс. рублей в месяц. Но это нужно еще созерцать, какая квартира. Та, что досталась Диме, была совершенно старенькой, хрущевка, на первом этаже, — разъясняет пенсионерка. — Чтоб сдать квартиру за 35 тыс., в ней нужно выполнять серьезный ремонт, обставлять превосходной мебелью, устанавливать стиральную и посудомоечную машинки. У меня не было таковых ресурсов.

Меж тем претензии со стороны опеки к Ире Леонидовне лишь росли. Бабушка подрабатывала дантистом, другой раз оставляя Диму на несколько часов своим квартиросъемщикам. Бывало, что Надира забирала мальчугана из детского сада. А в один прекрасный момент в квартиру, где снимали жилище граждане Узбекистана, нагрянула правоохранительные органы. Диму вкупе с Надирой доставили в отделение правоохранительных органов и стали выяснять, где на данный момент находится опекун малыша. А саму Иру Леонидовну обвинили в передаче опекаемого мальчугана третьим лицам.

«В марте 2019 года из комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав в орган опеки поступила информация о том, что подопечный был найден правоохранительными органами без легитимного представителя в квартире, которая сдается опекуном сторонним зарубежным гражданам, — сказали «МК» в пресс-службе Департамента труда и социальной защиты населения городка Москвы. — Спецы разъяснили опекуну о недопущении оставления подопечного с сторонними лицами, потому что это является нарушением обязательств опекуна. Невзирая на предупреждения, опекун не один раз передоверяла сторонним зарубежным гражданам забирать малыша из образовательного учреждения».

Ира Царица с обвинениями не согласилась, сославшись на то, что у почти всех мам есть помощницы и няни. Надира ей помогала только эпизодически. Это не противоречит закону и Семейному кодексу. Жизнь мальчугана не подвергалась угрозы. Права малыша она не нарушала.

Бабушку обязали отдать внука в детдом за "неправильную" сдачу квартиры - МК

— В конце мая 2019 года Диму у вас чуть не забрали?

— Мне позвонили из опеки и произнесли: «Приводите малыша со всеми документами. Вы отстранены. Есть постановление, управа подписала». Оказывается, в департаменте был обсуждение по рассмотрению вопросов предотвращения возвратов малышей-сирот и малышей, оставшихся без попечения родителей, городка Москвы из семей опекунов (попечителей), приемных родителей, на который меня не пригласили. Управление социальной защиты Царицына постановило лишить меня статуса опекуна. Я побежала в детский сад, там увидела заведующую, которая стояла с круглыми очами. Все дети спали, а мой Димка стоял испуганный, ожидал. Заведующая сказала по телефону с сотрудником опеки: «Ира Леонидовна подошла, но я не могу ей не отдать малыша, у меня на руках нет письменного распоряжения». Если б они ранее пришли с данным распоряжением, то забрали бы Диму, он оказался бы в детском доме.

— Вы тогда как раз собирались на отдых, на море?

— У нас на руках были билеты, мы уже собрали чемоданы, должны были улетать в Турцию. У Димы был день рождения. Я желала сделать ему подарок. Если б они мальчугана забрали и вместо моря он попал бы в детский дом, я не понимаю, что было бы с его психикой. Опека о нашем отъезде была предупреждена. Они знали, что мы уезжаем. Но тем не наименее написали заявление в полицию с требованием привлечь меня к уголовной ответственности по ст. 127 УК РФ («Нелегальное лишение свободы»). С их подачи были разосланы ориентировки, в которых было обозначено, что пропал ребенок. Мне угрожала уголовщина… Раздался звонок. Мне позвонил сотрудник уголовного розыска, я ему растолковала ситуацию, произнесла, что ребенок не пропал, он со мной. Нагатинским межрайонным следственным отделом была проведена проверка, в итоге материалы дела возвратили в ОМВД по району Царицыно. Там было принято постановление о отказе в возбуждении уголовного дела в отношении меня. Полицейские оказались намного гуманнее опеки, которая обязана печься о детях.

В июле 2019-го пенсионерка решила оспорить решение о лишении ее опекунства и обратилась с жалобой в трибунал, решением районного суда данное распоряжение было оставлено в силе. А 11 октября 2019 года Нагатинский трибунал вынес решение о передаче прежним опекуном мальчугана органам опеки и попечительства.

— Спорную сумму, те средства, что я вносила в качестве коммунальных платежей, в размере 45 тыс. рублей мне постановили возвратить. Что я и сделала, — сообщает Ира Леонидовна. — Когда арбитр спросила представителя соцзащиты, почему вы желаете отобрать у Царицой малыша, она ответила, что «она и далее будет употреблять опеку в алчных целях». Но ведь 1-ые 1,5 года, пока не была установлена опека, ребенок находился у меня на полном обеспечении, что именуется, «без статуса». Все это время он не получал никаких льгот и выплат. Дали малыша и запамятовали, — сообщает Ира Леонидовна. — Во временном опекунстве мне отказали, потому что на тот момент мама Димы, Катя, не была лишена родительских прав. И лишь когда она попала в колонию в 2017 году, мне оформили опеку и официально передали малыша. Я стала как опекун получать 14 тыс. рублей, 16 тыс. составляли каждый месяц выплаты на малыша.

Районный трибунал столицы обязал Иру Леонидовну передать мальчугана в детдом. При этом полностью может быть, что поначалу Диму поместят в поликлинику, что может усилить психическую травму.

В текущее время Ира Леонидовна в суде оспаривает решение районного суда о отстранении ее от обязательств опекуна, также решение суда о передаче малыша органам опеки и попечительства. Пока трибунал да дело. Но точка в деле быть может поставлена и ранее. Органы опеки и попечительства уполномочены выносить решение и могут отменить собственное решение о лишении пенсионерки опекунства.

Есть кандидатура. К Ире Царицой можно применить меры административного действия, если она повинна, можно ее оштрафовать, в конце концов, в пользу малыша, взыскать с нее вред. Но при всем этом не забирать малыша из семьи, где ему отлично, где его обожают и о нем хлопочут. Мальчишка с рождения не понимает, что такое казенный дом. Он домашний ребенок. Защита имущественных интересов не обязана приводить к нарушению прав малыша на жизнь в семье.

Комментарий адвоката Натальи Карагодиной, которая представляет интересы Иры Царицой: «Это тот вариант, когда «с водой выплеснули и малыша». Ведь со слов органа опеки, они действовали в интересах мальчугана, а на самом деле наказывали опекуна за некомпетентность в юридических вопросах. При всем этом опекун заключила контракт с опекой и ТЦСО на сопровождение и имела право на помощь, в том числе социальную и правовую, ни в чем ей не оказанную. Настоящий вред имуществу малыша не был причинен (вред должен выразиться в умалении цены квартиры, разрушении, утрате либо порче, а этого не было). Да, опекун сдала квартиру без согласия органа опеки и не перечислила средства от сдачи на счет мальчугана сходу, а оплатила ими ЖКУ, но вопрос — почему, наказывая опекуна, нужно повредить жизнь малыша?»

В пресс-службе Департамента труда и социальной защиты населения городка Москвы, в свою очередь, сказали «МК», что «заинтересованы в том, чтоб права малыша были соблюдены в полном объеме. Решение о жизнеустройстве мальчугана будет приниматься в его интересах, что является основным ценностью для органов соцзащиты. Департамент планирует провести обсуждение с привлечением представителей некоммерческих организаций, общественности для рассмотрения ситуации и формирования предложений по ее разрешению».

«МК» будет смотреть за развитием событий.

Источник: mk.ru

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *